Народное начало в “Книге про бойца” А. Т. Твардовского “Василий Теркин”

И читатель вероятный
Скажет с книжкою в руке:
– Вот стихи, а все понятно,
Все на русском языке.
А. Т. Твардовский
Еще бы не была понятна эта “Книга…”, если она связана с народной жизнью так, что иногда кажется, что нет никакой возможности отделить ее от народного творчества. А народ всегда говорит правду о своей жизни, какой бы она ни казалась стороннему наблюдателю. Или даже отдельному участнику событий. Я хочу сказать, что “Василий Теркин” – это как бы богатырский эпос о Великой Отечественной войне, сложенный

из отдельных былин.
В поэме, во-первых, война показана во всех своих проявлениях – от атаки до привала или бани. Во-вторых, она показана так, что видим мы не столько авторскую, сколько общенародную точку зрения на все, что происходит. И в-третьих, языком вполне привычным и понятным всякому русскому человеку, чем бы он ни занимался и какое бы образование ни имел.
Так, в четвертой былине – “О войне” – Твардовский использует народную поговорку:
Тут не скажешь: я – не я,
Ничего не знаю, Не
Докажешь, что твоя
Нынче хата с краю.
В пятой главе – былине “Теркин ранен” – встречается

каламбурная припевка “Тула, Тула. Это ж я, Тула… Родина моя…”
Можно встретить в поэме обычные сказочные выражения, как, например, в главе первой “На привале”:
Как ни трудно, как ни худо –
Не сдавай, вперед гляди.
Это присказка покуда,
Сказка будет впереди.
В восьмой главе “Два солдата” мы обнаруживаем отголоски народной сказки про умного и мастеровитого солдата и жадную старуху.
В некоторых местах поэмы чувствуются песенные интонации либо народных, либо тогдашних массовых песен. В главе “Гармонь”, например, слышна подтекстом песня Б. Ласкина “Три танкиста”. И вся эта глава, от речи самого автора-рассказчика до диалогов бойцов, пропитана духом народности. Я не могу привести оттуда цитаты, потому что надо было бы цитировать все. Недаром почти сразу эта глава пришла на эстраду вместе с баяном, чтоб уже никогда не расставаться с народными напевами, с песней, частушкой, припевкой, припевками в пляске.
Среди глав “Теркина” есть трагическая, которая, по словам самого автора, писалась под влиянием старинной песни о солдате “Ты не вейся, черный ворон, над моею головой”, известной еще с русско-турецкой войны. “Смерть и воин” вся построена на фольклорном материале, на сказочном мотиве борьбы со смертью:
За далекие пригорки
Уходил сраженья жар.
На снегу Василий Теркин
Не подобранный лежал.
Снег под ним, набрякши кровью,
Взялся грудой ледяной.
Смерть склонилась к изголовью:
Ну, солдат, пойдем со мной.
Народный юмор пронизывающий всю “Книгу про бойца”, – это юмор особый. “Теркин вовсе не подрядился острить при каждом удобном и неудобном случае… Человек, который сильнее тоски, страха, отчаяния; человеческая свобода, торжество человека над той тяжестью, которую он подымает, – таков смысл этого юмора” (В. Александров). Вот в этом и есть, по-моему, главная правда о войне, которую смог рассказать А. Т. Твардовский своему понятливому читателю: она не в великих замыслах стратегов или “окопной коросте” (это слова А. Межирова), а в самоощущении народа, переданном для него, о нем и на его языке. Остальное – мелочи военного быта: суп и каша, орден, переправы и привалы, раны и контузии, сами бои, в конце концов, само сражение “не ради славы – ради жизни на земле”.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...


Народное начало в “Книге про бойца” А. Т. Твардовского “Василий Теркин”

Categories: Твори з зарубіжної літератури

Links